— Да я и сама не очень поняла. Только другого объяснения у меня все равно нет. Кроме этого совпадения в тот период времени я никакого смысла не усмотрела. Но если логику не дано понять, вовсе не значит, что ее нет.
— Ага, — ухмыльнулся бывший солдат. Как говорил мой старшина. — Бурундука не видно, а он есть. Диалектика. Ладно, что-то я заскучал, разомнусь. И он сел на весла, пытаясь поддерживать лодку носом к волне. — Так хоть захлестывает меньше. — Пояснил он свое желание хоть чем-то заняться.
А Наталья, подогнув ноги, устроилась возле подруги, и тяжело вздохнула. — Знать бы, что так все выйдет, я бы с камбуза сухарей прихватила. Хоть пожевали. А то залетел этот, схватил в охапку, и наверх. — Она кивнула на машущего веслами Глеба.
А ты его давно знаешь? — Нелогично перепрыгнула она на личность своего спасителя. Ольга усмехнулась. — Сама не очень, может с год, и то долго не виделись. А так помню кое, что.
— Ой, расскажи. — Зашептала любопытная девчонка.
Ольга, весело подмигнув ей, крикнула спутнику. — Глеб, повернись. Наташа просит про твою службу в Армии рассказать. Можно? Я только не помню, ты в самоволку в каком году ходил?
Едва не выронив от неожиданности весло, Глеб, не ожидавший подобного коварства, замер, и сквозь черноту загара стало видно, как его шея начала краснеть.
— Да ладно, не буду, успокоила Ольга. — Я про Афган лучше расскажу.
Глеб поднял глаза к небу, видимо копаясь в памяти в поисках, нелицеприятных событий, однако не вспомнил и пожал плечами.
Его тогда направили в спецотдел ДРА, для сопровождения секретных документов. Вез их, надо сказать, именно Алексей. И вот проводив командира до дверей спецчасти, решил наш пижон сгонять в дукан, очень уж ему захотелось прикупить солнцезащитные очки.
Едва он заскочил в лавку и начал торговаться, как из запасного входа зашли четверо в своих национальных поддевках, с автоматами и примкнутыми штыками. А Глеб надо сказать человек исполнительный, и если по уставу патрон в патронник разрешено было загонять только во время боевых, то он и смог только что дернуться от укола штыка в одно место. И обмереть, поняв, что сейчас его выведут через этот самый запасной выход, и уже никто и никогда его не увидит.
Тогда он не придумал ничего лучше чем сунуть руку в карман и начать разгибать усики гранаты. Надеясь хотя-бы избежать неприятных ощущений. И уже вытянув указательным пальцем чеку собрался было разжать руку, как дверь отворилась и появился Алексей.
Лейтенант с хода просек ситуацию, и, не вступая в долгие разговоры, махнул с бедра короткую очередь и положил двоих из незваных гостей, а остальные исчезли в проеме.
Однако самое сложное оказалось разжать руку, когда чека была вставлена на место. Разжимали закоченевшие пальца вдвоем. А очки Глеб так и не купил.
Наташа жалостливо глянула на сидящего. — Глебушка, а ты правда хотел разжать руку? — Спросила она, у гребца.
Тот хмуро кивнул. — А что делать? Они бы не пощадили. Спасибо Леха подоспел. Спас.
— А ты Ольга, все же, стерва. — Наконец произнес он. — Все какие-то левые случаи, вспоминаешь, даже сказать неудобно. — Засопел расстроено.
— Ну а кто виноват, что у тебя даже кличка одно время была — «Удача». Везуч больно. — Пояснила она слушателям. — И самое странное, при всей его несуразности без единого ранения все точки прошел, а другие… Вот и думай, везенье или наоборот.
Сколько раз на самом краю ходил. Причем, частенько по собственной глупости. И ничего, обходилось. — Закончила Ольга рассказ.
Глава 4
Ночь наступила, словно щелкнул невидимый выключатель. Тьма, шум волн, мерная качка. Глеб, поняв бессмысленность снатирать мозоли, прилег на дно лодки, и оперев голову на борт, уставился в небо. Облака сплошным пологом закрыв луну, лишь изредка расступались, и давали возможность разглядеть все тот же безрадостный пейзаж водной пустыни.
Понемногу сморило всех. Тяжелый сон прерывался резким пробуждением, осознанием случившегося, и вновь накрывал пленников океана.
Глеб открыл глаза, и замахал кистью, стремясь усилить кровоток в затекшей руке. Невольно повернув голову назад, матрос с изумлением увидел фантастическую, картину. В нескольких сотнях метров от них, сияя светом тысяч огней, как показалось, в полной тишине, двигалось огромное пассажирское судно. Оно возвышалось над водой, уходя надстройками в небо. Картина была столь невероятна, что он несколько секунд смотрел, раскрыв рот. И как только отмер, рванулся к лежащему ничком капитану, и рванув у него из за пояса ракетницу, нажал спуск.
Ракета взлетела почти на уровень высоких труб лайнера, и, повисев немного в воздухе, погасла. А Глеб, уже без церемоний растолкав Ивана Максимовича, заряжал второй заряд. Теперь он выстрелил с небольшим опережением, так что зеленый светлячок повис прямо напротив ходовой рубки корабля.
Проснувшиеся спутники закричали, стараясь привлечь внимание. Однако корабль продолжил движение, и когда уже почти миновал их, подал сигнал ревуном.
— Увидел. — Заорал капитан, показывая на маневр судна. — Скорость сбрасывает, сразу ему не встать, полным ходом шел.
— Но раз застопорил, значит подберет. — Сообщил знаток морских обычаев.
Тем временем корабль прошел еще с минуту и наконец замер. Дождавшись, когда по волнам заскользил мощный луч прожектора, отыскивающий среди серых волн их скорлупку, капитан вложил в ракетницу последний патрон и расчетливо выпустил ракету. Луч метнулся к ним и ослепил. Шлюпка вынырнула из дегтярной темноты всего в пяти метрах от них. Молоденький офицер в ярко красном жилете и щегольской фуражке бросил петлю. Зацепив конец на носу лодки, капитан махнул рукой, сообщая, что готов к транспортировке. Не прошло и тех секунд, как их надувной ковчег прислонился к высокому борту спасательного катера. Командир спасателей крикнул что-то, но ветер унес слова.
Удерживая раскачиваемую волнами шлюпку, матросы помогли спасенным перебраться на катер. Когда все оказались на борту, офицер, как бы, извиняясь, развел руками и обрезал удерживающий лодку канат. Повинуясь невольному импульсу, Ольга вцепилась в обрывок веревки. Она так жалобно смотрела на офицера, что тот сжалился. Да и то сказать, резиновая лодчонка, выдернутая сильными руками, на дне спасательной шлюпки способной вместить шестьдесят пять человек, заняла совсем немного места. А уже через несколько минут над головами у них оказалась громада лайнера. Сраженные размерами спутники задрали головы, стремясь разглядеть название гигантского судна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
